к н и г а • Улица корчится безъязыкая
что он заменяет. Такое же неприятное
ощущение от
блина
испытывают мои
знакомые и коллеги.
..» Но лингвисту
очевидно, что другие просто иначе вос-
принимают это слово. «Для многих это
своеобразный маркер свойскости. бли-
зости с собеседником. Иначе говоря,
у нас у всех своя языковая интуиция.
Терпения и терпимости — желаю я сам
себе — терпения и терпимости».
Но одно дело призывать к терпе-
нию. и совсем другое — упражняться
в нем с утра до вечера. И вот в офисах
возникают группировки: прежде всего,
москвичи отделяются от приезжих,
особняком стоит украинское земля-
чество. Молодежь предпочитает не
обращаться за помощью к бывшим во-
енным и так далее. Бывшая учительни-
ца, став офис-менеджером, выиграла
в зарплате, но на пятом десятке поте-
ряла отчество и скорбит о молодости,
когда ее называли Анной Яковлевной,
а не просто Анной. Кто-то, подражая
американскому начальнику, начинает
называть свой телефон
селпфоном,
и его считают подлизой.
Чтобы
заставить этот
человечес-
кий зоопарк приладиться друг к дру-
гу и работать вместе, нужно вдвое
больше энергии. Исследования про-
фессора Лондонской Школы бизнеса
Линды Грат тон доказывают, что чем
разнообразнее состав команды по об-
разованию и опыту, тем труднее люди
срабатываются и тем неохотнее сотруд-
ничают и делятся друг с другом инфор-
мацией и знаниями.
Разные языковые группировки об-
ладают различной энергией и ви-
тальностью. Как правило, постепенно
происходит вытеснение из офисного
обихода более литературных форм
речи (а значит, и их более культурных
носителей), если образуется критичес-
кая масса менее образованных или «не-
местных» людей. Это эффект «ухудша-
ющего отбора» по языку. Казалось бы,
для бизнеса это не важно — главное,
чтоб дело делали. Но в компании прос-
то необходимо сохранить слой людей,
говорящих правильно, притом не толь-
ко на ресепшн, а хотя бы для работы
с крупным клиентом. Если в дизайнер-
ской фирме утвердился собственный
сленг — причудливая смесь компью-
терной и гламурной лексики, кому-то
из потенциальных заказчиков эта ма-
нера речи кажется глупой или развяз-
ной, и они уходят «к своим».
Профессор лингвистики Григорий
Крейдлин говорит: «Владение литера-
турной нормой — серьезное преиму-
щество в бизнесе. В первую очередь
там, где есть установка на точность, в
письменных текстах и на переговорах».
А вот опять из «Пигмалиона»: «Дайте
мне три месяца, и эта девушка сойдет
у меня за герцогиню на приеме в лю-
бом посольстве. Я даже смогу устроить
ее горничной или продавщицей в мага-
зин, где надо говорить совсем уж без-
укоризненно. Нашим миллионерам я
оказываю услуги именно этого рода».
Итак, русский язык неоднороден, бо-
лее того, он меняется. Он менялся всег-
да, иногда намного быстрее, чем те-
перь. Возвращаясь к нашему примеру:
пока мы не слышим
Никто ошибется,
значит, норма крепка. И пусть моло-
дежь говорит
прикольно
вместо
непло-
хо
и выражает свой восторг заимство-
ванным словом
вау
— это не угрожает
устоям государства. Гораздо хуже, если
у человека арсенал языковых средств
настолько скуден, что он не может
сформулировать простейшую мысль.
Но такие есть всегда и везде.
В интернете
аффтар ж ж о т
или
за-
чот
обозначает одобрение,
выпей йоду,
убей сибя тапкам
— неодобрение,
ржу-
нимагу, валялсо паитулом
— смешно,
а
много букв неасилип
— скучно, и это
не безграмотность, а всего лишь орфог-
рафическая игра. Странно, что у кого-то
она вызывает бурю негодования. Но то
же наблюдалось при попытке так и не
состоявшейся реформы правописания:
«Люди разделились довольно резко
и по чрезвычайно простому признаку.
Лингвисты в подавляющем большин-
стве были за, нелингвисты — про-
тив.
.. Аргументы приводили лингвис-
ты, а нелингвисты в грубой форме
требовали "оставить все, как было".
Татьяна Толстая даже предложила:
"Надо заколотить двери Академии наук,
где заседают эти придурки, и попро-
сить их заниматься чем-то более по-
лезным для народного хозяйства"».
По большому счету лингвист знает,
что в орфографии можно реформи-
ровать и унифицировать что угодно
(а вот в языке ничего изменить нельзя).
Экономику
регулирует
государство,
создавая правила и расставляя в клю-
чевых точках бюрократов, которые
контролируют их исполнение. Но по-
смотрите на какого-нибудь чиновника,
который дает разрешение, скажем, на
экспорт гвоздей в Кению. Ему нет дела
ни до вашего бизнеса, ни до законов
экономики (которыми, возможно, ру-
ководствовалось Минэкономразвития,
вводя свой порядок). Главное, чтобы
вы собрали 12 подписей, без которых
он не сможет поставить решающую —
свою собственную. Так вот, в русском
языке (да и в любом другом) такого бю-
рократа нет — если не принимать во
внимание редакторов и корректоров,
но от них вреда гораздо меньше. Язык
сам себя регулирует. Он либеральнее
самой отчаянно рыночной экономики.
Поэтому, наверное, ему и не нужны но-
белевские лауреаты.
^
Разные языковые группировки
обладают различной энергией
и витальностью.
1 0 6
Нагулгс! В1ь1пс» Ясукуч России
предыдущая страница 105 Harvard Business Review Russian 2008.04 читать онлайн следующая страница 107 Harvard Business Review Russian 2008.04 читать онлайн Домой Выключить/включить текст