Улица корчится безъязы кая • КНИГА
те же, кто постарше, если и морщатся
при таких обращениях, то не всегда
понимают почему. Вот так мы и меня-
емся, даже не замечая этого».
Принять новые правила легче чело-
веку молодому, но дело не только в воз-
расте. У многих есть нелюбимые слова,
фразы или акценты. «Большинство
людей даже не представляют, в каких
сложных, а порой интимных отношени-
ях они находятся со словами родного
языка.
..» — пишет Кронгауз. Но речь
идет не только об индивидуальной
переносимости: есть целые группы
и пласты слов, вызывающие у людей
сильные эмоции: брань, молодежный
жаргон, свежие заимствования, вро-
де
лофт, комьюнити
или
интервью
(в смысле собеседования), молодеж-
ные словечки и гламурные, жаргон,
рисующий идеальный мир, с «пра-
вильными юношами или девушками,
которые посещают правильные места
и рассекают на правильных авто».
Похоже, нам легче общаться с теми,
чья речь напоминает нашу собствен-
ную. Вспомним профессора Хиггинса
из
«Пигмалиона»
Бернарда
Шоу:
«Фонетика и еще раз фонетика. Наука
о произнош ении. Моя профессия
и моя страсть. Я м огу определить
место рождения человека с точностью
до шести миль, а в Лондоне — двух.
Иногда даже в пределах двух улиц».
Так вот, этот фанат фонетики обратил
внимание на Элизу Дулитл благодаря
ее в высшей степени вульгарному ак-
центу, но полюбил-то ее лишь после
того, как она освоила английскую нор-
му. Так же и наш автор: как лингвист
он готов все понять и простить, но как
«просвещенный обыватель» не пере-
носит некоторых отклонений от лите-
ратурной нормы.
Итак, язык — инструмент социаль-
ной близости, и в этом есть определен-
ная опасность, особенно для бизнеса.
Дело в том. что в традиционных, сло-
жившихся коллективах, будь то ткац-
кая фабрика, университетская кафедра
или конструкторское бюро работают
люди с общими корнями (они росли
в одном городе, закончили одно ПТУ
или вуз, смотрели одни фильмы или
слушали лекции одного профессора).
Поэтому у них легко вырабатывается
общий язык. Иное дело — офис какой-
нибудь крупной фирмы в Москве. Здесь
нередко рядом оказываются бывший
физик-ядерщик (ныне — менеджер по
закупкам), выпускник отраслевого вуза
с Украины (менеджер по строитель-
ству). девушка из питерского Иняза
(офис-менеджер). Добавьте сюда руко-
водителя с американским паспортом
(выходца из Казахстана), и вы поймете,
какая получилась гремучэя лингвисти-
ческая смесь. Физик-ядерщик называет
свой телефон
мобильником,
офис-ме-
неджер —
трубой,
украинец —
соти
ком,
а новый американец — вообще
селюллярным ({юном
(когда он уезжал,
в Казахстане не было сотовой связи).
И вот у кого-то все нутро выворачива-
ется, когда он слышит, допустим,
сотик.
И как работать в такой обстановке?
У самого
Кронгауза
нелюбимое
слово
блин
(не в смысле «изделия
из теста», а как присловье). «Этот
заменитель матерного слова, или эв-
фемизм, кажется мне вульгарнее того.
Апрели 2008
105
предыдущая страница 104 Harvard Business Review Russian 2008.04 читать онлайн следующая страница 106 Harvard Business Review Russian 2008.04 читать онлайн Домой Выключить/включить текст