к н и г А • Если ты такой богаты й, то почому неумный?
исчезнувших в безвестности, а выжив-
шему присваивает лавры победителя,
пишет в своей киш е Нассим Талеб.
Мы видим, что добившиеся успеха
приложили много усилий. Из этого
делается вывод, что между упорством
и успехом есть причинно-следствен-
ная связь. В итоге мы начинаем верить,
что самый успешный — непременно
самый лучший. Мы просто не знаем, не
помним или не хотим помнить про тех,
кто тоже лез из кожи вон, но проиграл.
На самом же деле мы ничуть не лучше
их, просто нам повезло.
Такой подход, разумеется, противо-
речит принципам меритократии. Сегод-
няшний бизнес, политика, образование
и наука построены на предположении,
что успеха добивается самый стара-
тельный и способный. Нассим Талеб —
в прошлом преуспевавший биржевой
трейдер на Уолл-стрит, а ныне сво-
бодный человек, приглашенный про-
фессор нескольких университетов и
автор популярных книг — призывает
нас признать наконец, что дело обсто-
ит иначе. Главная идея Талеба проста:
все мы постоянно обманываем сами
себя. Мы принимаем удачу за умение,
домыслы — за знания, теорию — за ре-
альное ть, совпадение — за закономер-
ность, шумы — за сигналы.
Идею эту автор раск рывает в первую
очередь на примерах из жизни фондо-
вой биржи, где часто везучего идиота
принимают за искусного инвестора.
Талеб бравирует рассказами о том, как
И г о р ь Ф е д ю н и н
директор по
прикладным исследованиям Центра
экономических и финансовых исследо-
ваний и разработок при Российской
экономической школе.
сам он. будучи трейдером, давал раз-
ным людям прямо противоположные
рекомендации просто потому, что прог-
нозировать поведение рынка было
невозможно. Взлеты и спады биржи —
не более чем случайности, и все претен-
зии аналитиков на умение предсказать
тренд — абсолютное шарлатанство.
Так же случайны — пишет Талеб —
и главные события на фондовом рын-
ке, например российский банковский
кризис 1998 года. Степень неопределен-
ности слишком велика, влияющих на
ситуацию факторов слишком много
(включая те, о которых мы не подозре-
ваем), чтобы успех инвестора можно
было приписать только его мастерству.
Нам-то, конечно, кризис не кажется
случайным — мы твердо уверены, что
у него были серьезные и очевидные
причины. Правда, весной 1998 года
большинству из нас эти причины таки-
ми уж очевидными не казались: инвес-
торы продолжали скупать ГКО, а граж-
дане до поры до времени не спешили
забирать свои деньги из банков.
Действуя импульсивно, мы верим,
что нами управляет рассудок. Носовре-
менная наука о поведении дает основа-
ния полагать, что, возможно, это не так.
Самого Талеба заставил об этом заду-
маться эпизод из собственной жизни.
В начале его трейдерской карьеры во-
дитель нью-йоркского такси, которому
нельзя было ничего объяснить, потому
что он ни слова не понимал по-англий-
ски, привез его не к тому входу в офис,
которым он пользовался обычно. День
выдался удачным, и следующим утром
Талеб поймал себя на том, что попро-
сил таксиста остановиться у того же
подьезда. Более того, сам этого не за-
метив, он — молодой образованный
профессионал — надел вчерашний
галстук. То есть подсознательно он по-
верил, что удача каким-то образом свя-
зана с этим галстуком и подъездом.
Чаще всего наш выбор иррационален,
и более того, иррациональность эта не
культурная, а биологическая: она зало-
жена в человеческой природе. Про-
анализировав типичные ошибки рас-
суждений, психологи Дэниэл Кане-
ман и Амос Тверски обнаружили, что
многие когнитивные правила нельзя
назвать логичными. Они назвали эти
правила эвристиками, и в 2002 году
Канеман получил за это открытие
Нобелевскую премию по экономике
(Тверски к тому времени умер). Вот, на-
пример, эвристика якоря: Тверски и Ка-
неман просили людей назвать любое
число от одного до ста. Потом тем же
испытуемым задавали вопрос: «Какой
процент в ООН составляют африкан-
ские страны?» (разумеется, никто не
знал ответа). Оказалось, те, кто в пер-
вый раз назвал число побольше, пред-
положили и более высокий процент,
подсознательно, словно якорем, цеп-
ляясь за то число, которое прозвучало
первым.
Биологически, пишет Талеб, мы точ-
но такие же особи, что и древние люди,
обитавшие в хижинах много тысяч лет
назад. Но то общество было устроено
гораздо проще, и человеку попросту не
надо было просчитывать вероятности.
Поэтому в наш мозг не заложена соот-
ветствующая эвристика. С другой сто-
роны, может, это и к лучшему: если
рассуждать рационально, современ-
ному человеку пришлось бы взвесить
такое количество «за» и «против», про-
анализировать такое количество аль-
тернативных сценариев, что его мозг
просто не смог бы обработать всю не-
обходимую информацию. Но раз ре-
шения принимаются иррационально,
то пытаться анализировать ситуации
и предсказывать развитие событий не-
возможно: неопределенность возрас-
тает едва ли не до бесконечности.
Разбогатев, биржевой трейдер
ссылается на свое особое мастерство,
а разорившись — на нелепый случай.
104
Нагчмпі Ничіпеи В п к і* Россия
предыдущая страница 107 Harvard Business Review Russian 2007.12 читать онлайн следующая страница 109 Harvard Business Review Russian 2007.12 читать онлайн Домой Выключить/включить текст